Читаем без скачивания Том 20. Смертельный поцелуй [Коварная Саломея. Соблазнительница. Труба зовет. Смертельный поцелуй] - Картер Браун

— Не пойдет, лейтенант, — уверенно сказал я. — Линда Морган была уже мертва, когда я пришел.

— Сколько своих жертв похитители возвращают родственникам живыми? Вы никогда не интересовались такой статистикой?

Было о чем задуматься, и я размышлял над словами Шелла по дороге в отель. На стойке у клерка для меня лежала записка: не могу ли я немедленно подняться к мистеру Моргану? И это навело меня на дополнительные размышления.

Я сразу понял, что он мною недоволен. Он готов был выбросить меня в окно, поэтому я начал докладывать сразу с порога. В отношениях с клиентом всегда имеются щекотливые моменты. Что бы вы ему ни сказали, он может выложить это полиции, а если вы еще, не дай Бог, не сообщили им об этом, представляете, что будет? Поэтому я рассказал Моргану почти все — не упоминая, однако, о лоскутке от шелкового костюма с вышитой на нем меткой. Я объяснил, что вышел на человека, который утверждает, будто у меня есть шанс встретиться с блондинкой Джери на приеме у Гаса Терри, и что я собираюсь пойти туда сегодня. Я рассказал и о том, что столкнулся с Джонни Девро в баре, и о последующих событиях на стоянке. Морган был так заворожен моим рассказом, что забыл, как он на меня зол.

— Невероятно! — Его худое усталое лицо несколько оживилось, впервые с того момента, когда мы встретились в аэропорту. — Как бы вы объяснили это, Бойд?

— Да никак. В том-то все и дело. Когда он увидел меня на лестнице, то просто убежал. А два часа спустя постарался меня убрать. Я вдруг стал представлять для него какую-то угрозу, но какую?

— Я нанял вас как отменного специалиста в своем деле, Бойд. — В его голосе послышались нотки нетерпения. — Вы, конечно, и так начинаете оправдывать мои надежды. Но у вас просто должны быть свои соображения по поводу того, почему ситуация изменилась.

— Только одно, — сказал я. — Но оно вам не понравится.

Его лысина отражала солнечные лучи, когда он поворачивал голову. Тут совсем ни к месту я отметил, что он напоминает тяжелораненого медведя, который еще не понимает, что проиграл схватку, и инстинктивно не отпускает врага до самой своей смерти. Затем меня охватило неприятное чувство, что Шелл был отчасти прав, — я не совсем в своем уме, но сам не осознаю этого.

— Попытайтесь, — промычал он.

— Я преследовал Девро на лестнице. Когда он меня увидел, то дал деру. Догадываюсь, что он знал о пожарной лестнице и думал, что я побегу за ним через кладовку и дальше вниз. У него хватило ума поскорее унести ноги.

— Ближе к делу, ради Бога, — сердито запыхтел Морган.

— Но я не побежал за ним — я ошибся дверью, заскочив к Обистеру в кабинет, или как он там его называет.

— Ну и?..

— Предположим, Девро направлялся на встречу с Обистером. То, что я попал не в ту дверь, могло оказаться опасным для них обоих. Теперь я знаю, что между ними существует какая-то связь, и ухвачусь за эту ниточку:

— Смешно и глупо! Просто чепуха какая-то! И если это вы называете профессиональным расследованием, Бойд, вы прогорите, как…

— Насколько хорошо Обистер знал вашу племянницу?

Его рот так и остался открытым, он долго смотрел сквозь меня отсутствующим взглядом, потом бессильно опустился в мягкое кресло.

— Достаточно хорошо, как я думаю, — безучастно ответил Морган. — Он частенько бывал в Нью-Йорке на совещаниях и просто так. Иногда останавливался у меня. На уик-энд он часто уезжал летом в загородный дом. Линда была с ним почти все время.

— Я предупреждал, что вам это не понравится. Обистер — зрелый, приятный во всех отношениях мужчина, он мог произвести сильное впечатление на любую девушку Линдиного возраста.

— Вы предполагаете… — прошептал Морган.

— Обистер женат, — продолжал я, не чувствуя угрызений совести. — Дело может принять еще более неприятный оборот, но вы должны выслушать меня, мистер Морган. Предположим, Линда обнаружила, что она беременна, — разве этого не достаточно для того, чтобы сбежать из дома прямо на Западное побережье, к Обистеру? Представьте его реакцию — скандал разрушил бы его семью и испортил деловую карьеру. Кроме того, в вашем лице он приобрел бы злейшего врага — никто не понимал этого лучше, чем Обистер.

— Я не верю этому, — твердо произнес Морган.

— Но если бы все это было именно так, — продолжал я, — тогда он оказывался в незавидном положении. До такой степени незавидном, что он вполне мог нанять профессионального убийцу.

— Прекратите! — Голос у Моргана непроизвольно задрожал. — Я не могу в это поверить…

— Может, это и неправда, — сказал я. — Но вы спросили меня, а я пока не вижу какой-нибудь другой веской причины, из-за которой Джонни мог передумать насчет меня.

Он отвернулся к стене, так что я не мог видеть его лица.

— Я прошу вас продолжать расследование, пока вы не придете к определенному выводу, Бойд, — сказал он очень тихо. — И дайте знать сначала мне — до того, как вы доложите все полиции.

— Как скажете, — согласился я.

— Я должен узнать первым. Это приказ, вы поняли?

— Деньги ваши, вы имеете право приказывать, — сказал я.

— А теперь оставьте меня одного.

Я вернулся в свою комнату и увидел чемодан, который Фрэн Джордан выслала из Нью-Йорка, терпеливо ожидающий на ковре посреди пола. Я открыл его, с заботливой нежностью вынул свой тридцать восьмой и все снаряжение к нему. Теперь, если Джонни попытается повторить покушение, я смогу, по крайней мере, достойно ответить. Проверив и зарядив револьвер, я принял душ и начал собираться к Гасу Терри. Я забыл спросить у него, во сколько начнется прием, но, кажется, можно было предположить, что все они начинаются в неопределенное время и таким же образом заканчиваются.

Фрэн положила мне спортивную куртку и пару первых попавшихся брюк, чтобы я мог выглядеть как настоящий калифорниец. Я чувствовал себя самозванцем, надевая рубашку для джентльменов от «Братьев Брукс», и это ощущение не проходило до тех пор, пока мое плечо тесно не обхватили ремни. Я вложил револьвер в кобуру и надел куртку. Изучая свое отражение в зеркале, я заметил небольшую выпуклость у левой подмышки, но она не была так велика, чтобы привлечь чье-то внимание. Еще тридцать секунд я посвятил спокойному, почтительному исследованию своего профиля, затем двинулся в путь.

Я заскочил в гриль-бар подкрепиться на дорожку: идешь в гости — плотно пообедай дома, как говорят. Через некоторое время я въезжал в безупречный полукруг из гравия перед домом Терри — вечеринка, казалось, была в полном разгаре. Все пространство было заполнено тесно прижавшимися друг к другу машинами. Кое-как я отыскал местечко между степенным «линкольном» и совершенно бесстыжим «спрайтом» и втиснул туда свой драндулет.

Не было никаких сомнений в том, что если уж Гас Терри устраивает прием, то делает это с большим шиком. Просторный бассейн, расположенный во дворе с западной стороны дома, издали казался больше наполненным людьми, чем водой. Неподалеку высился переносной бар. Огромная махина обитой медью дубовой парадной двери была настежь распахнута, и небольшая группа людей стояла тесной веселой компанией у самого входа. Я обошел их, чтобы пробраться в дом, но длинноногая брюнетка в купальном костюме, чуть прикрывающем отдельные части ее тела, помахала пальчиком у самого моего носа.

— Шалун! — пьяно засмеялась она. — Разве ты не знаешь, что Гас терпеть не может, когда гости заходят в дом? Ты же не захочешь, чтобы тебя вышвырнули? Тогда тебе не придется попробовать замечательный дармовой ликер!

— Извините, — любезно заговорил я, — но это не ваш купальник висит вон на том кустике?

Она отскочила от меня с безумным воплем, прижимая руки к солнечному сплетению. Я вошел в дом, удивляясь тому, сколько нужно выпить, чтобы потерять всякую ориентацию, или, может, в ее невольном рефлекторном движении присутствовали все три тома фрейдовской теории?

Вдруг передо мной как из-под земли возник невысокий парень с соломенными волосами. На нем была гавайская рубашка цвета пламени, свободно болтающаяся поверх еще более ярких шорт. Когда он мне улыбнулся, его подбородок отодвинулся назад, а потом и вовсе слился с шеей. Было немного неуютно за этим наблюдать.

— Прости, старик, — произнес он с тем липовым английским акцентом, какой теперь уже редко услышишь даже по телевидению, — но выглядишь ты немного одиноко. Думаю, ты не будешь возражать, если я подыщу тебе какую-нибудь компанию?

— Это очень мило с твоей стороны, старина, — ответил я. — Скажи спасибо своему росту, что я не врежу тебе по носу за гнусный намек на то, что я гомик.

— Нет-нет! — На его отвратительном лице отразился неподдельный ужас. — Мой дорогой, ты меня совсем не понял. Я имею в виду женскую компанию, естественно! Случилось так, что на вечере присутствует большое количество симпатичных молодых девушек, и мне просто стыдно, что такой обаятельный парень расхаживает здесь в полном одиночестве. Или уже не надо?